[12.09.82] - Tom Marvolo Riddle [24.о2.2017]
[15.09.82] - Amaryllis Sayre [24.о2.2017]
[23.09.82] - Bellatrix Lestrange [27.о2.2017] (посл. пост)
[29.09.82] - Beatris Todorova [24.о2.2017] (посл. пост)
[11.10.82] - Dracula Vieru [24.о2.2017]
[3.10.1982] - Ellins Longbottom [24.о2.2017]
[13.10.1982] - Beatrice Small [24.о2.2017]
[3.10.1982] КАРАНТИНУ ....БЫТЬ?.. [НАБОР ММ АНГЛИИ]
[11.10.1982] СПОКОЙНОЙ НОЧИ, ГОСПОЖА ТОДОРОВА. [НАБОР ММ БОЛГАРИИ, ПМ]
[13.10.1982] ДАВАЙ СЫГРАЕМ В ИГРУ. [НАБОР ОФ и ПС]
00949
04350
00295
00820

Не бойтесь... администрации, котики. Администрация вас любит. [Роман]
Знаешь, говорить девушке, что ей что-то не идет, опасно – может очень плохо закончиться

Прорыв недели
Tom Marvolo Riddle

Активист недели
Benedict Yaxley

Лучший эпизод
This is not a dress
Лучший игровой тандем
Asen Kostadinov & Jordan Ognev
Лучший пост
Remus Lupin,
Торжественно клянусь...
Нет в жизни места случайностям. Ничего не происходит просто так. Люди, книги, встречи, испытания и успехи – всё это появляется в нашей жизни тогда, когда необходимо. Появляются, чтобы вложить в наши головы определенные мысли, а в душах посеять зерна будущих перемен.
“20.10.82. Англия скорбит. 20 октября 1982-го года, от драконьей чумы скончалась Миллисент Бегнольд - Министр Магии. В стране объявлен траур, и Министерство готовится к досрочным выборам на пост Министра.”
18.10.82. Парад Мира на саммите Международной Конфедерации Магов получил свое новое название "Парад смерти". Сотни магов пали жертвой террора темных волшебников. 18.10.1982. стало днем траура всего мира, в каждой стране оплакивают погибших, тех, кто никогда не вернется домой, тех, кто погиб во имя "мира". Метка Пожирателей Смерти и Последователей Геллерта Гриндевальда, стали новыми символами нашего мира.
Ради общего блага”.
АДМИНИСТРАЦИЯ ФОРУМА

ROMAIN
РОМЕЙН ВАГНЕР
она же Рома Вагинян - хозяйка шашлычных и соляриев. Главный администратор, дизайнер и мать форума.
icq - 389-181-471 : skype - shur.ik.
. BART
БАРТЕМИУС ВАГНЕР
он же джигит. В админку попал через постель и за красивые глазки. Любит тещу, жену и борщ. Суровый "батька" форума.
. STEPH
СТЕФАН ВАГНЕР
прекрасная блондинка и домовой эльф семьи Вагнер. Занимается орг вопросами и сразу ВСЕМ. Знает 100500 способов убийств ракеткой.

MATVEY
МАТВЕЙ ДРАГАНОВ
местная Белль форума, обожает немцев, Люмьеров и убивать людей. Грозный и жестокий (это на вид он такой милый, на самом деле нет).
. AMA
АМАРИЛЛИС СЕЙР
охотница за артефактами и неприятностями. Орг темы и пинание игроков - ее конек. Вы еще не получили аваду за просроченный пост? Тогда Ама идет к вам.
. FRY
ФРИДОЛИН ЗАБИНИ
главный зельевар форума, отвечает за прием игроков и очень строгую проверку анкет. Форумный Гендальф с криком "ты не пройдешь" стоит на страже логики и адекватности.
.

Don't Fear the Reaper

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



[23.09.82.] This is war

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

This is war
30 Seconds To Mars  – This Is War

http://sa.uploads.ru/IQMGd.png

Работники Министерства, авроры, Пожиратели Смерти

[23.09.82]. Министерство Магии Англии, Верховный Суд Визингамота, около трех часов дня.


21 сентября при попытке уничтожения Андромеды и Теда Тонкса, была задержана Беллатрикс Лестрейндж, недавно сбежавшая из Азкабана. Преступница находится под стражей в Министерстве Магии.

Шпионаж в Министерстве Магии дал свои результаты – на рассвете 23 сентября повстанцам прилетает весточка о срочном судебном разбирательстве над Беллатрикс. Наученные опытом недавних кровавых событий, Министерство магии не освещали в СМИ сие действо, решив сделать из него тщательно спланированный фарс: приглашены провластные журналисты, чтобы те впоследствии создали видимость справедливого наказания перед взбудораженной общественностью. Приговор обозначен заранее – Азкабан… Люди Темного Лорда решают воспользоваться неожиданной подачкой информаторов, и, мобилизовавшись, совершают грандиозную и скандальную акцию по освобождению ведьмы. В этот раз они действуют быстро и слаженно, что, впрочем, не отменяет сложностей по проникновению в судебное здание. Процесс обещает превратиться в кровавый бой, учитывая что одним из гостей будет сам Темный Лорд. Пора явить свой лик народу...


Очередность: Bellatrix Lestrange, Andromeda Tonks, Amelia Bones, Fridolyn Zabini, Сamilla Bones, Sebastian Greengrass, Tom Marvolo Riddle

0

2

Твою ж мать! Как можно было так попасться? Примерно такие мысли бродили после очередного "развеселого" допроса в голове Лестрейндж. Абсолютно скотское отношение и море боли, к которой Лестрейндж безусловно привыкла еще по первой ходке в Азкабан и допросам до, но. Какой идиот решил что изнасилования и побои имеют хоть какой-то смысл если учесть что они не сработали даже в прошлые разы? И все же, где-то глубоко в подсознании ликовал и бился о стенки черепа животный страх. Сдохнуть почему-то не хотелось. Не смотря ни на что, руки чесались бороться, но переломанные пальцы не особо позволяли это сделать. Впрочем, изломанные кости сращивали раз за разом, что бы сломать снова, и судя по тому, что длинные тонкие пальцы сейчас были неизящно кривоваты, сращивались они уже хотя бы как нибудь. То немногое, чем Лестрейндж гордилась, это то, что одному из своих инквизиторов она успела воткнуть свои острые и весьма длинные ногти в глазницы. Мысль о том, что хотя бы один ублюдок получил по заслугам тихо грела искалеченные внутренности.
День вынесения приговора ей сообщили еще вчера, когда очередной раз пытались заранее выбить из нее признания. Их не волновали методы, а ее теперь волновала головная боль, которая кровавой пеленой перед глазами не позволяла мыслить хоть сколько нибудь трезво. Чудо, что однажды она научилась защищать разум. Ни одно ее важное признание не вышло дальше ее собственного мозга, а все что она им посмеиваясь ведала было так давно известно. В конце концов ее заслуги знали очень и очень многие, особенно авроры которые мстили за коллег и семьи.
Час икс близился, а состояние лучше не становилось. Не смотря на свежие, но явно глубокие шрамы, изуродованные четыре пальца  и клочками выдернутые волосы, Белла хотела оторваться по полной на этом заседании. Морально она уже была готова, что едва зачитают вердикт ее поцелует дементор. Страшно, черт его дери, очень страшно, но я же Беллатрикс Лестрейндж! Почему-то это мотивировало. К чему, не понимала сама Гончая, но и сдаваться было глупо, хотя все уже давно решено
И все же головная боль мешала мыслить связно. И это было проблемой. Возможно это всего лишь сотрясение, а может что похуже. Вспомнился давнишний совет одной из многочисленных бабушек. Простой как мир и верный как ничто другое. Проблеваться. Сейчас она всеравно не в том виде, что бы поддерживать лоск, да и закоренелая пневмония напоминала о себе приступами кашля, которые только усиливали боль. Но, стоит признать, что на памяти Гончей бывали и куда более мерзкие ситуации. По старинке два пальца в рот и надавить на корень языка. В такие моменты Белла готова была благословить свой рвотный рефлекс. Вспышка боли, но уже через пару минут облегчение и кровавая пелена перед глазами становится меньше, а ощущения наконец становятся не такими острыми. Вытереть губы подолом изодраного платья и хлебнуть вонючей, грязной но все же воды. Она готова. И на губах сумасшедшей женщины расцветает улыбка.
Перемещение в зал суда она даже не пыталась запоминать, зачем? В конце концов дорогу она и так помнила. Но кто бы знал как хотелось разметать куски плоти тех мудаков которые пинали ее в поясницу подгоняя. И ведь даже палочка бы не потребовалась. Достаточно просто освободить руки, а уж сил бы хватило. В кресло заключенных она опустилась как королева с презрением глядя на тех, кто собирался в зале. Она все еще ничтожества, которые будут с ужасом и ненавистью вспоминать кровавые реки оставленные ей. И это повод для гордости.

+4

3

Это просто ужасно, когда родные тебе по крови люди становятся настолько далекими, что просто не описать словами. Андромеда очень часто думала об этом, пыталась анализировать, что же в их жизнях пошло не так. Может толчок всему происходящему дала она, когда предала свою семью,  а может всему виной родители, которые выбрали для своих дочерей совсем не тех мужей, которых следовало бы выбрать, а может все дело в том, что так было изначально записано в какой-нибудь мифической книге судеб, и как не старайся, изменить ничего не получится? Все возможно, и это самое печальное.
Меда могла ожидать всего, тем более от Беллатрикс. Они никогда не были близки, и никогда не проявляли большой любви друг к другу, но все же они были сестрами, по крайней мере, Андромеда в это верила, и до последнего надеялась на то, что где-то к глубине души Белла тоже ее любит, но нет, в глубине души у старшей сестры похоже не было ничего, кроме всепоглощающей ненависти, и похоже что не только к Меде, а ко всему миру в целом.
Именно это и разрывало сердце Меды на части. Она не могла поверить в то, что Белла смогла бы вот так просто убить свою сестру и глазом не моргнув. Благо до этого дело не дошло, и помощь пришла раньше, чем задуманное свершилось, и опасения Меды подтвердились бы. Но, как ни крути, попытка была, а это значит, что подобное может повториться. Если бы у Меды не было Теда и Доры, она, возможно, просила бы у Суда пощады для сестры, но они есть, а значит, если Белла ходит по городу, значит они в опасности, а этого никак нельзя допустить, поэтому сегодня Андромеда будет согласна с любым наказанием для Беллатрикс.
На все уговоры Теда пойти вместе с ней, Меда давала решительный ответ "НЕТ!". Она не хотела для него лишних встреч с Беллой, да и вообще все эти косые взгляды встречаются до сих пор. Ко всему прочему кто-то должен был быть рядом с Нимфадорой, даже если она уже достаточно взрослая что бы оставаться дома одной. Сейчас небезопасно даже с родителями, что уж говорить о чем-то другом.
И вот Меда уже в зале Суда. Обстановка мягко говоря напрягала. Все смотрели на нее настолько разными взглядами, что бедная женщина не знала, куда себя деть. Кто-то видимо сочувствовал, кто-то был безразличен и в тоже время любопытен, а кто-то откровенно презирал. В итоге ей оставалось просто смотреть строго вперед, стараясь не обращать ни на кого внимания.
Будь сильной, Андромеда. Тебя всю жизнь этому учили, так не растеряй остатки гордости сейчас.
Однако сохранять самообладание долго не получилось. В одни из дверей под конвоем ввели растрепанную, искалеченную Беллатрикс. Сердце Андромеды казалось, остановилось, пропустило несколько ударов, и забилось снова, но только теперь каждый удар приносил с сбой легкую боль.
- Белла... - губы Меды едва шевелились.
Белла, Белла, которая запомнилась Меде как истинная леди, всегда идеально выглядящая... сейчас она была больше похожа на попрошаек на улице... только в тысячу раз хуже.
В горле Андромеды застрял комок. Ей казалось, что она готова в любой момент сорваться с места и защитить сестру, но перед глазами тут же всплывали образы Теда и Нимфадоры, и все снова возвращалось к злости и зарождающейся ненависти.
Как только Беллатрикс опустилась на свое место, Меда поняла, что надежда на исправление была потеряна уже очень много лет назад. Белла всем своим видом говорила, что готова прямо сейчас применить Аваду ко всем в этом зале, и во время этого радостно улыбаться. Когда она стала такой? Меда, похоже, это пропустила.
Очень хотелось отвести взгляд от сестры, но этого делать было нельзя. Нельзя показать ей свои чувства... нельзя...

+4

4

С момента теракта в книжном магазине прошло всего ничего, а Амелия Боунс уже стала главой аврората. Она спасла жизни министру, она поймала Беллу Лестрейндж и она же вынесет ей приговор. Как выпускница Хаффлпаффа, мадам главный аврор была категорически против того, как с ней обращались, даже над это женщиной нельзя издеваться так сильно. Да, сама Боунс перегибала палку, бывало. Но не доводила подозреваемого до такого состояния. А Лестрейндж се еще именно подозреваемая,несмотря на то, что все знали, что через заседание она будет именно преступницей. Но на нее все еще работала презумпция невиновности. Закон один на всех. Именно поэтому он закон. Амелия верила в это, она положила жизнь на служение этому принципу. А еще к бывшей Блэк её обвинительница испытывала некое извращенное уважение. В бою эта фурия не скрывала лица. Это, в глазах лично Эмс, было достижением. Все скрывали - а она нет.
    И вот сейчас, Амелия твердо знала, что над Лестрейндж издевались авроры. По-человечески их можно было понять... Их дети, братья и сестры, родители и друзья становились жертвами кошмарного террора. Но Закон один на всех. И все происходившее до зала суда недопустимо. Мортон Крейн вышел из Азкабана только потому, что обвинение, по которому он был посажен, было сфабриковано. Несмотря на то, что при досмотре его нашли метку, Амелия добилась его выхода. Потому что справедливость прежде всего. Она могла закрыть глаза на то, что обвинение ложно. Но это бы убило в ней то самое, что делало Боунс собой. Справедливость.
    Белла села в кресло и можно было начинать. Глубокий выдох... Тщательно обставленный фарс был не в новинку. Порою министерство так добивалось нужного результата. Доводов Амелии никто не слушал, о том, что это все надо было делать на закрытом заседании и проводить пресс конференцию после. Но реклама, образ, который министр держит  требовали показательного процесса. Руфус согласился с министром. И государственным обвинителем в особо тяжких случаях, вроде этого, выступал глава аврората. Вот уж спасибо... Сегодня она не сидит в рядах судей Визенгамота, против обыкновения. Сегодня она обвиняет, и нет защитника, адвокат в таких делах не положен. Глубокий выдох и до этого стоявшая в тени Амели выходит на помост перед лицом Беллатрикс, стоя на метр выше нее. Таковы правила... таковы правила, ничего необычного... Можно сколько угодно обманывать себя, но сделать это придется. И Боунс делает шаг.
- Слушается дело "Британия против Беллатрикс Лестрейндж", государственный обвинитель - Амелия Боунс, разрешите начать, уважаемые члены Визенгамота? - ритуальная формулировка. Это не первое дело,в котором она обвинитель, но первое - такого масштаба. После того, как большинство кивнуло, Амелия продолжила. - Подозреваемой предъявлены обвинения в массовых убийствах при помощи первого непростительного заклятия, издевательства над жертвами - при помощи второго непростительного заклятия и взятие жертв под контроль при помощи третьего непростительного заклятия. Каждый из вас может ознакомится с сутью обвинений -  При этих словах у всех судей появилось в руках по небольшой папке с основными обвинениями, именами жертв и краткими изложениями обстоятельств дела - Британия требует трех пожизненных заключений в Азкабане, отчуждении всякого имущества в пользу Министерства магии для выплат компенсаций пострадавшим и настаивает на том, что смягчить обвинение возможно лишь при условии веских доказательств в пользу невиновности обвиняемой хотя бы по нескольким пунктам. - Сухой судебный язык тяжело давался Амелии при такой-то обвиняемой. Ведь, на самом деле она не знала, повинна ли Беллатрикс в смерти Эдгара и пропаже Редрика, и к всему зачитанному примешивалась личная злоба. Но кроме вражды есть закон. И безграничное уважение его и вынуждало Амелию делать все как положено, а не всадить сейчас этой мегере Круцио прямо в лоб. В зале присутствовала Андромеда, сестра этой безумной... И её вид заставлял Амелию продолжить, потому что уж если она может держать себя в руках, хотя Лестрейндж пыталась убить ее маленькую дочь и мужа, да и её саму, то Боунс обязана иметь ту силу воли, чтобы довести до конца начатое. - Выдвигается также обвинение в покушении на убийство семьи Тонкс, при попытке осуществления которого была захвачена подозреваемая... У обвинения все, уважаемый суд, вы можете переходить к обсуждениям и дебатам.  - И Амелия сходит с помоста, ободряюще улыбнувшись Андромеде Тонкс. Теперь Она сможет присоединиться к другим аврорам, покрепче перехватив палочку. Не исключены попытки сорвать заседание, потому что пресса - это всегда публичность. И верить нельзя никому.

+4

5

Когда-то давно Фрида так же, как и сейчас, шла по коридорам Министерства в сторону зала суда. Когда-то давно она так же шла по коридорам, и потому прекрасно знала, где стоит повернуть, какую дверь толкнуть, какие слова произнести, чтобы попасть в самые далекие закоулки Министерства Магии. Фрида Забини знала это, потому что когда-то, когда она была еще Фридой Форсби, она приходила сюда, чтобы перехватить после работы любимого супруга - и Алан всегда выходил украткой из зала, если мог, и улыбался жене - и эта улыбка была таким невероятным лучиком света в полной темноте безысходности этих коридоров, где когда-то вершились судьбы, что не забылась до сих пор - и вряд ли забудется когда-то. И сегодня Фридолин снова должна была оказаться в этих коридорах - впрочем, в совершенно другой ситуации, в совершенно другом положении, с совершенно другой целью.

Внутри Министерства Магии Британии всегда было так холодно, что не хотелось снимать уличного плаща, который Фрида надела, опасаясь легендарного лондонского сентябрьского дождя. Дождь не пошел, солнце светило ярко и ясно, несмотря на то, что на календаре был уже конец первого месяца осени - а осень в Англии редко бывает погожей. Сегодня кто-то, как всегда с утра, заварил кофе, прочел утреннюю газету, взял машину до работы - для кого-то этот день был совершенно обычным, но - не для Фриды Забини.

Забини практически не спала всю ночь, ворочаясь в прохладной постели. Мысли слишком раздирали голову - она нещадно болела - и пришлось принять зелье, которое позволило ведьме забыться сном хотя бы на несколько часов, чтобы проснуться с рассветом и методично, долго, тщательно собираться, продумывая каждую деталь, каждую мелочь.

Сегодня впервые за несколько лет в кулоне Фриды Забини, что она всегда носила с собой, был не изготовленный ею же яд, а порошок мгновенной тьмы. Усовершенствованный состав. На случай, если отход Пожирателей нужно будет прикрывать - а в том, что это нужно будет делать, Фрида была практически уверена - она всегда привыкла ставить на худшее, тем более - когда речь шла о войне. А война - вот она, она снова была на пороге, снова смеялась безумным смехом Беллатрикс Лестрейндж, снова смотрела прямо в глаза змеиными зрачками Темного Лорда, которые виделись Забини сейчас в глазах каждого прохожего - она видела эти глаза у булочника в лавке недалеко от дома, она видела эти глаза у молодого аврора, что придержал перед нею дверь в Министерстве, этим леденящим взглядом смотрел на нее охранник, бесцеремонно досматривая, прежде чем дать войти в зал судебного заседания. Зал, где сегодня будет оглашен приговор Беллатрикс Друэлле Лестрейндж.

В этот раз у Фриды не спрашивали свидетельских показаний, в этот раз Фриду не приглашали на долгие разговоры, как это было без малого год назад, когда подземелья Министерства, эти узкие и темные кабинеты для допросов, стали Фриде, наверное, знакомее и роднее собственного дома. Нет, ее не допрашивали, вообще никого, как она знала, не допрашивали - Беллатрикс заперли в застенках на пару дней, чтобы учинить над нею, вероятно, очередной суд Линча, на который авроры, озверевшие раньше от вседозволенности на фоне победы, а теперь - от страха - были способны - в этом Фридолин была уверена. Поэтому она, сидящая в одном из первых рядов стульев для прессы и людей, которые, маловероятно, но все же будут опрошены, даже не удивилась, увидев подругу - Беллатрикс провели мимо, и в те несколько секунд, что она была рядом, Забини могла в подробностях разглядеть узор синяков, покрывавший белую-белую сейчас кожу подруги. Говоря сравнениями максимально грубыми, Беллатрикс Лестрейндж сейчас была больше похожа на загнивающий труп, чем на блистательную аристократку, кем являлась на самом деле - но то, с какой грацией, с какой надменностью и какой гордостью она, избитая, изломанная, обреченная - как она думала сейчас - села в кресло обвиняемого, не позволяло усомниться - перед вами - леди Беллатрикс Лестрейндж, в девичестве - Блэк. Самая верная Гончая Темного Лорда.

Беллатрикс села в кресло, и действо началось. На помост - практически сцену - вышла красивая блондинка, которая по виду была ненамного старше той же Беллатрикс. Фридолин крепче сжала обручальное кольцо Алана, которое по своей вечной привычке терзала в пальцах. Британия против Беллатрикс Лестрейндж. И правда - вся страна, каждый ее человек, кроме группки таких же, как сама обвиняемая - все они против этой женщины, в теле которой скрывается разъяренная фурия, адская гончая, всадница апокалипсиса.

Нужно было следить за дыханием - настолько Фрида волновалась, что забывала дышать. И дело было не в том, что она знала, что произойдет дальше, и понимала, что где-то через несколько этажей от них соратники их Лорда уже начали осуществление спланированной операции - Фрида знала, что все, наверное, пройдет так, как должно - но, видя сейчас Беллатрикс, боясь пересечься взглядом с одной из самых дорогих женщин на земле, Фрида испытывала лишь... колоссальную нежность и колоссальную же жалость. Хотелось броситься к ней, прижать к себе ее израненное тело, закутать ее во что-то теплое и мягкое, заботиться о ней, чтобы вылечить этот лающий кашель, чтобы убрать все эти синяки, чтобы Белле никогда больше не пришлось страдать, чтобы ей никогда больше не было страшно, чтобы не было всех тех событий, что привели к происходящему сейчас, но... но Беллатрикс Лестрейндж не терпела жалости, даже от самых близких и родных.

Фрида глубоко вздохнула, поймала удивленный взгляд сидящего рядом журналиста, холодно и максимально сдержанно ему кивнула. Юноша отвернулся, потеряв к женщине интерес. И именно в этот момент, под монотонные речи судей, взгляд Беллатрикс впервые встретил взгляд Фриды.

+2

6

Гончая наблюдала за всем этим постановочным цирком с внутренним трепетом. С одной стороны она прекрасно осознавала, что все это фарс и трагикомедия для английского общества. Смотрите! Монстр пойман! Вам больше ничего не грозит! А с другой умирать уж очень не хотелось. В конце концов для для такого вот финала она боролась столько лет, расчищая дорогу себе и своему Господину. Внутренний стальной стержень не позволял даже секундно измениться в лице и показать свои эмоции. Гордая, сильная, несгибаемая. Она королева даже на этом стуле для смертников. Кому как ни Белле знать, что отсюда она уже не выйдет, казнь будет публичная и очень громкая.
Лестрейндж даже не вслушивалась в слова этой девчонки, что что стояла перед ней, она прекрасно понимала что она может сказать, а главное скажет ей и всем залетным зрителям. А ведь зал был полон, впрочем, иначе и быть не могло, такое собитие не каждый день случается. Беллатрикс заскользила равнодушным взглядом по присутствующим. Первой она заметила Андромеду. Сучка таки приперлась посмотреть на то, как меня наконец размажут по стене? В Белле всколыхнулась ярость, абсолютно неконтролируемая. Хотелось встать и расцарапать это удивительно холеное и так похожее на свое собственное лицо. Это не поддавалось контролю, Гончая едва слышно зарычала обнажая верхние зубы, этакий животный жест угрозы. И было плевать что ничего сделать она не могла, хотя бы так показать Меде что здесь ей не рады.
- Британия требует трех пожизненных заключений в Азкабане...
Беллатрикс осеклась и кинула едва ли не недоуменный взгляд на Боунс. Серьезно? Меня даже не поцелует дементор? Да ты шутишь! Белла усмехнулась и куда более фривольно откинулась в кресле, на сколько ей позволяли фиксаторы. Вы всерьез думаете, что это меня удержит? Нет, правда? А вы совсем головой двинулись. Лестрейндж метнула довольный взгляд в Амелию и облизнулась. Цыпочка, да это вы себе приговор подписали, не мне. А еще меня безумной называют.
И снова равнодушным взглядом по залу. И снова остановка. Фрида. Моя маленькая Фрида. Почему-то стало стыдно, за эти следы побоев на тонкой коже. Фрида не должна была видеть ее такой... помятой. Для Фриды Белла всегда была опорой, любовницей, очень и очень многим и вот такие следы собственной слабости вызывали лишь жгучее желание скрыться от этих ярких карих глаз, которые сейчас смотрят с тревогой, страхом. Впервые за долгое время она увидела хоть в чьих-то глазах желание защитить, помочь, уберечь в свой адрес, и впервые Белла мечтала о том, что бы на нее не смотрели ТАК. Для Фриды она должна была оставаться сильной, несгибаемой, но сейчас... О, этот привычный жест, ты боишься и нервничаешь. Не надо, девочка моя, не надо, меня же не казнят, а я обещала тебе что одну я тебя не оставлю. Да и не смогу я это сделать. Ты же такая хрупкая, как ты будешь без меня?
Боунс ушла с помоста, а в зале начал нарастать гул. Даже если найдется такой безумец который верит в мою невиновность, разве он рискнет это озвучить? Его же тут же посадят на соседний стульчик. Белла рассмеялась услышав слова Амелии сказанные едва ли не последними и сильнее сжала подлокотники. Магия бурлила внутри, самом нутре истощенной женщины, но будь проклят этот балаган и весь аврорат разом, она не находила выхода с их подачи.
- Твари... двуличные твари.
Одними губами, скользя шальным взглядом по присутствующим и пытаясь унять рваное, хриплое дыхание. Предвестник очередного унизительного приступа кашля. Не при них, не сейчас, Белла, держись! Хватит им твоего расписного тела.
Гончая прикрыла глаза и задержала дыхание. Иногда это помогало отсрочить неизбежное. Не вдыхая, просто в один момент перестать дышать и методично считать до пятнадцати, потом медленно и плавно выдохнуть. И ведь действительно стало легче.
Снова зацепиться глазами за Фриду, взглядом умоляя ее уйти, что бы не видеть крах Гончей, пусть и временный. Скользит взглядом по ее лицу и молить о такой милости и не выдержав одними губами прошептать куда-то в пустоту
- Люблю.
Забини это вряд ли заметит, а вот внутри от одного этого слова станет теплее. И тот едкий мороз на коже что преследует ее уже который день чуть-чуть сдает позиции. Дебаты идут полным ходом, но прислушиваться к ним нет смысла. Все и так очевидно. Белла отвела взгляд от Фриды и уперлась им в собственные ступни.

+4

7

За этот короткий промежуток времени Меда уже тысячу раз успела пожалеть о том, что вообще пришла сюда. Какого черта она здесь забыла? Изначально в ее голове были мысли о том, что это необходимо. Ведь так обычно бывает, на суде всегда есть свидетели. Но только дело в том, что ее никто не заставлял сюда приходить. Она вполне могла отказаться, но нет, она здесь. Жутко хотелось уйти, но теперь сделать это было, как минимум запрещено, и еще унизительно. Поэтому приходилось задушить свои желания в зародыше и сидеть на месте.
От психологической тяжести происходящего Андромеде стало нехорошо. Подступила тошнота, и женщина мысленно начала молиться о том, что бы ее не трогали, не давали ей слово, оставили в покое. Слегка кивнув головой, Меда сделала, так что бы волосы упали на лицо. Хоть и мизерная, но все же защита от окружающих взглядов. Как же хотелось, что бы рядом был Тед, одно его присутствие облегчило бы ее состояние, но она сама виновата, заставила мужа остаться дома, так что нечего теперь вообще пускать подобные мысли в голову.
И вот, все начинается. Амелия подымается на помост, и у Андромеды замирает сердце. Она старается заглушить ее голос в своей голове, потому что нет никакого желания слышать обо всех тех преступлениях, что совершила Белла. Меда словно отрицала это сама для себя, пытаясь то ли хотя бы в своих мыслях оправдать сестру, то ли просто постараться забыть обо всем, потому что так легче. В любом случае все равно ничего не поможет, как ни старайся сделать хоть что-то. И это самое ужасное.
Не слушать не получается, вместо этого Андромеда лишь тихонько повторяет вместе с Амелией слова, - Обвинение в покушении на убийство семьи Тонкс.
По телу тут же проходит мелкая дрожь, а где-то внутри зарождается тщательно скрываемая злость, которую женщина всеми силами старалась запереть в своей душе. Эта фраза словно служит неким переключателем, и сострадательная, добрая, любящая Меда, словно куда-то исчезает, оставляя вместо себя Андромеду - сильную, смелую и в данный момент злую, готовую в любом момент задушить Беллатрикс своими собственными руками. Ох, если бы сейчас огласили приговор позволяющий Андромеде это сделать, она бы исполнила его с улыбкой на лице, вот правда. Все потому что никто не смеет хоть как-то угрожать ее семье. Хватит!
Сколько можно делать из нее ничтожество? Такое ощущение, что все они живут в прошлом веке, когда за неподчинение родителям чуть ли не убивали. Да, она в кокой-то мере всех предала, но так-то оно так, ежели кое-что, но тем не менее, однако ни что иное как вообще! Но ведь слава Мерлину они все живут в свободном мире, и никто не в праве...
Размышления были прерваны разразившимся шумом, жаркими обсуждениями и спорами. Кто бы мог подумать, еще секунду назад Андромеда хотела минимального наказания для сестры, а сейчас предложенный Амелией вариант показался Меде ничтожно мизерным. Белла заслужила куда более жестокое наказание.
Кивнув проходящей мимо Амелии, Андромеда снова перевела взгляд на Беллу. Неужели ее ничто не может сломить?
Не найдя в себе боле сил для разглядывания сестры, Меда принялась изучать присутствующих. Что-то не давало ей покоя. Где-то глубоко внутри зарождалось чувство тревоги. Может это все, потому что подобные мероприятия порой заканчиваются не совсем должным образом? Возможно. Рука Андромеды опустилась в карман плаща, и тонкие пальцы сжали волшебную палочку. Этот жест был всего лишь мерой предосторожности, позволяющей чувствовать себя более уверенно, но все же мысль о том, что сегодня ей придется применить палочку не в лучших целях, не давала волшебнице покоя.

+1

8

Стоя рядом с другими аврорами, Боунс ощущала себя цельной личностью. Все они в алых мантиях, единое целое, кровь этого организма, Министерства магии. Тут она среди своих. Я меч во тьме...в голове то и дело всплывала клятва, присяга,которую приносил каждый сотрудник департамента магического правопорядка. Слова ее намертво отпечатывались в голове. Среди авроров нет чужаков, нет предателей. Они - солдаты, и, даже повышение в должности не отменяет этого. Один организм, дышащий в такт.
Амелия не желала этого фарса, но стала его центральной фигурой. Она еще взойдет на помост, когда ей передадут свиток с приговором. Она снова станет центром этого балагана, но не сейчас. Сейчас Боунс сливается с остальными, сейчас она не обвинитель, а щит, охраняющий мир людей.
   За стеной нарастает странный гул. Зал суда одно из самых надежных мест в Британии, почти как Гринготс и Хогвартс. Ничто не может пойти неверно. Так думал каждый второй в их группе. Амелия подмечает, что непроизвольно каждый человек в алой мантии потянулся за палочкой. Секунда, и, не сговариваясь, они уже вооружены. Гул нарастает и Амлия шепчет, но слышно ее каждому из подчиненных.
- Трое вперед, двое назад, остальные стеной, отгородите обвиняемую. Пошли. - Авроры становятся на указанные позиции и гул превращается в грохот, чтобы через секунду распахнуть двери в зал суда, чтобы смести с ног ту первую тройку. В глаза бьет ослепительный свет, кошмарный шум, и перед глазами все двоится. Ноги подкашиваются и запоздало приходит мысль о том, что тех троих она,вероятно, отправила на верную смерть. Возможно это последняя секунда и для самой Амелии. Женщина падает, продолжая сжимать палочку в руке, сквозь полусознательное марево различимы силуэты иных волшебников так же лежащих на полу. И Боунс закрывает глаза, не в силах больше держать сознание при себе. Она подвела эту страну...

***

В зал суда оглушительным ревом и взрывом была выбита дверь. Среди полусотни оглушенных и бессознательных волшебников показалась фигура, в строгом костюме, изящной дорогой мантии и, по всей видимости, это был министерский работник. Ведь сегодня в министерство пускали только по приглашениям или на работу. Он не внимания на бессознательные тела,так словно это для молодого человека было привычным зрелищем. Те немногие, кто не потерял сознание и, возможно, видели его узрели зеленую вспышку.  - Авада Кедавра - в зале суда это звучит кощунством. Кощунством повторяемым несколько раз. И вот, среди множества оглушенных - несколько мертвецов. Трупом больше, трупом меньше. Кровавый террор последних пары лет и не думает прекращать свои обороты. С каких пор смерть в Британии становится рутиной? Когда же это прекратится и в состоянии ли министерство вообще дать адекватный ответ на это? На каждый из этих вопросов у новоиспеченной главы аврората не было ответов. И стоя перед кабинетом Октавиуса Яксли она уже была готова получить уведомление о разжаловании. Никто не знал что это был за волшебник, его лица не запомнил ни один из присутствующих. Та троица ребят, вышедшая первыми, слава Мерлину, выжила, хотя и находилась в стабильно тяжелом состоянии в Мунго. Но самое главное, что Беллатрикс Лестрейндж исчезла. Нельзя было утверждать жива она или мертва. Как нельзя и сказать зачем тому волшебнику Белла. Убить? Спасти? Множество вопросов и ни одного ответа. Мститель или недобитый приспешник Того-кого-нельзя-называть? Так или иначе Беллатрикс исчезла,, четверо членов Визенгамота мертвы, около десятка человек в Мунго в состояниях различной степени тяжести. И за все это была в ответе именно она, Амелия Боунс. Во всяком случае, волшебница смогла убедить в этом себя.
   Те, кто высказывался за публичное проведение слушания подверглись безоговорочной и уничижительной критике в Пророке, Придире и еще ряде изданий. Международная общественность также взбудоражена, британское правосудие больше нельзя считать идеалом,  преступник похмщен из под стражи прямо в зале суда, аврорат снова провалился- и это лишь немногие из заголовков.

+2

9

Сидя среди таких же зрителей этого театрального процесса, Фрида, вроде бы, и была с ними на равных, но, в то же время - колоссально от них отличалась. Они все с жадностью глотали каждое слово каждого присяжного, они упивались сломленным видом Беллатрикс, они ждали триумфа правосудия, и это жадное желание читалось в глазах каждого присутствующего, каждого журналиста, каждого родственника тех, кто погиб от руки Беллатрикс. Фрида тоже ждала, но не правосудия, а его краха. Краха Магической Британии, которая в очередной раз докажет свою несостоятельность, устроив этот фарс, этот театр, это представление, которое, по иронии, станет спектаклем во имя освобождения преступницы, которой, за все ее злодеяния, по-хорошему, давно уже должна быть уготована смерть. Но Фрида знала - Беллатрикс не умрет, не здесь и не сейчас, и даже не отправится в Азкабан, которого до глубины души, хоть себе в том и не всегда признавалась, боялась. Азкабан ломает людей, и пусть Беллатрикс провела там не так уж и много времени - тюрьма все равно оставила отпечаток на этой женщине, на сильной, великолепной женщине.

Прикрыв глаза, Фрида отчего-то задумалась о том, как проходят подобные процессы в мире магглов. Пусть, конечно, это было и попросту попыткой отвлечься, но для себя Фрида признала, что магглы, по сравнению с магами - удивительно человечные создания. Высшей мерой наказания были расстрелы, смертельные инъекции, газовые камеры. Того, кто заставил страдать многих, приговаривали, конечно, к самому страшному - смерти, но ведь там, за гранью этой смерти - кто знал, ждут ли его страдания, хотя бы на сотую долю подобные тем, что он мог бы испытывать, оставаясь живым, но отрешенным от людей наедине со своим безумием, отчаяньем, отрешением? Прежде чем ввести в вену яд, приговоренному вводили обезболивающие. Газовые камеры туманили разум меньше, чем за минуту, а в ту секунду, когда  пуля входит в затылок, ты не успеваешь ничего понять и прочувствовать. По сравнению со всем этим жить до конца своих дней среди унижения, насилия и отчаянья в стенах самой страшной магической тюрьмы было настоящим актом бесчеловечности. А если не Азкабан - так поцелуй Дементора, что не убьет, но лишит рассудка - а это хуже, чем смерть.

Снова напоминая себе, как дышать, Фрида открыла глаза и посмотрела на Беллатрикс. На сегодня она была спасена, но вот чем закончится следующий раз? Ты ведь все равно попадешься, девочка моя, а не попадешься, так сгинешь на поле очередного своего боя с именем своего повелителя на устах. Даже если бы прямо сейчас тебя, беззащитную, отдали на растерзание духам отчаянья, ты бы все равно твердила его имя. А я все равно была бы рядом, потому что с тобой я буду рядом до последнего вздоха. Только бы все пошло по плану. Только бы твой последний вздох случился не сегодня.

Из коридора раздался звук доброго десятка тяжелых сапог - по толпе присутствующих словно бы пробежала дрожь. Они еще не знали, но уже беспокоились. Они еще не знали, но узнали через секунду, когда дверь зала суда была выбита, а Фрида, резко обернувшись, увидела два скорченных тела прямо за дверью - что ж, стоит признать, два аврора для охраны зала суда - явно недостаточная мера. Началось настоящее представление, и нужно было сыграть свою роль. Нужно было сыграть свою роль среди вспышек заклинаний, сначала, как и полагается, картинно вскрикнуть, уворачиваясь от якобы летящих и в нее заклятий, направиться к выходу, чтобы, уличив нужный момент, открыть висящий на шее кулон, погружая зал в беспробудную, густую тьму. Прячась за колонной у самого выхода, Фридолин, всмотревшись в это темно-серое, едкое марево, увидела, что стул, на котором сидела подсудимая, был пуст.
***
- Мисс Забини, мы закончили с прибывшими из Министерства. Все личности установлены, вот - девочка-стажер вошла в кабинет Фриды, принеся с собой две внушительных папки больничных карт. - Слева - погибшие, справа - те, кто у нас в палатах. Остальные отправились домой.

Фридолин отодвинулась от рабочего стола, устало улыбнулась девушке, принимая документы - рука дрогнула, когда в нее легли листы о тех, кого в живых уже нет. Они погибли, чтобы ты не потеряла самое важное, что есть у тебя в жизни, Фрида. Самую важную женщину в своей жизни.

- Спасибо, Эмили. Можешь идти. Я сделаю обход сама.

Нужно было собраться с мыслями, прежде чем подняться на этаж выше, не в свое отделение, но все же - к тем людям, которые сегодня пострадали в Министерстве. Фрида скользила по строчкам в медицинских картах равнодушно - она знала, что все эти люди выправятся, но чувство тревоги отчего-то не покидало женщину с того момента, как она, вместе с остальными пострадавшими, была эвакуирована из Министерства. Немного саднило ногу, в которую отлетел осколок злосчастной колонны, служившей ей укрытием, но все это - все это было самой наименьшей ценой, что можно было заплатить за то, что в условленном месте ее снова ждет женщина, самая странная и важная в ее жизни - Беллатрикс Друэлла Лестрейндж.

+2



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC